... На Главную

Золотой Век 2008, №9 (15).


Наталья Гагарина


СЕРЕБРЯНЫЕ СНЫ.

В конец |  Предыдущая |  Следующая |  Содержание  |  Назад

Сны... Они спускаются по тонкому лучу, заглянувшему в открытое окно... Лунные любопытные кошки, готовые сорваться прочь от любого, неосторожного звука или движения спящего...

Если закрыть глаза и притвориться, что спишь, если долго-долго и терпеливо ждать, можно услышать их осторожные шаги, их тихое дыхание... Они подкрадываются и заглядывают в лицо, пытливо всматриваясь в сомкнутые веки — не притворяется ли этот большой человек, не схватит ли он их за хвост?

Они очень берегут свой длинный пушистый хвост. На их хвостах паутиной намотаны все тайны вселенной — разве можно доверить такое сокровище неразумным и суетным людям? Когда у кошек хорошее настроение, или луна светит по-особому, они, в виде исключения, могут быстрым, неуловимым движением махнуть хвостом у человека под носом. И ему в этот момент начинаются сниться удивительные вещи, приходят ответы на самые важные вопросы.

Лунные кошки сидят на кровати и смотрят на спящих людей. Им все интересно — почему этот человек плачет во сне, другой — грозно хмурит брови, или смеется? Ночью, во сне люди совсем не такие, как днем. Они бормочут во сне странные слова, они так беззащитны, что сны перестают бояться их и подходят все ближе и ближе...

Пушистые мягкие лапы нежно дотрагиваются до глаз, но человек не чувствует этого. Он думает. Его голова полна мыслей, тяжелых дум, событий прошедшего дня, он мечется в кровати, не находя покоя. Кошки начинают сердиться и сильнее нажимают на уставшие от слез глаза. Веки неумолимо тяжелеют, опускаются...

И тогда кошка-сон тихонько фыркает в глаза спящего человека, чтобы к нему пришел сон-видение.

Сновидение.

...Мама.

Милая, добрая, единственная мама. Каждая черточка, каждая морщинка и даже запах ее — знакомый до боли запах детства, тот, который ты ощутил, едва открыв глаза — он тоже сейчас здесь. Ты почему так похудела, мам? Все хорошо, детка, теперь уже все хорошо, — улыбается она. Мам, а почему ты раньше не приходила, я так давно тебя не видела! Я приходила, разве ты не помнишь? Помню....

Действительно, помню... Она приходила и раньше, в других снах. Только всегда сидела молча и смотрела внимательно и строго. И всегда это был берег моря, южного, доброго и теплого моря. Она сидела в кафе и пила что-то из маленькой чашки.

Чашка... Да вот же она! Тяжелая керамическая чашка с отколовшейся ручкой! Откуда ты можешь знать о ней? Откуда ты можешь о ней помнить? И вот вы вместе в автобусе, а на переднем сиденье сидит еще кто-то очень-очень знакомый.... Не может быть! Это же бабушка! Родная моя, как же я давно не видела тебя?! И бабушка улыбается, и знакомые морщинки лучиками разбегаются по лицу...

Куда мы едем? А впрочем — какая разница? Вы обе здесь, рядом — значит, ничего плохого случиться не может. И можно ни о чем не думать, а только уставиться в открытое окно и наслаждаться теплым летним днем, зелеными долинами и виноградниками, полными золотистого солнечного света... Как же здесь красиво...

Но мама выводит тебя из автобуса. Только теперь это уже не автобус, а поезд. Длинная синяя гусеница, которая сердито курит трубку и пыхает в небо прозрачными тучками. Мам, я быстро. Ужасно пить хочется, видишь, чашка, та, с отколотой ручкой — она пустая. Я сейчас сбегаю, наберу воды и сразу же назад, вы только подождите меня немного!

И мама улыбается грустно и глаза ее полны печали. Беги, детка, набери воды... Ты еще успеешь на этот поезд... Вот только... как же ты будешь жить дальше? — говорят грустные мамины глаза. Глаза, которые видят все: от твоего первого шага, до твоего последнего вздоха. Глаза, которые все понимают и сердце, которое сжимается от жалости: как же ты будешь здесь, в этом жестоком, несправедливом мире, детка моя?

Мама, мама, как же больно жить...

И чашка полна воды, и небо такое высокое, и куда-то зовет дорога... Только непонятно — что-то забылось в этом призрачном мире... Что-то очень важное, очень нужное... Откуда в сердце такой холод?

...Лунная кошка сердито отдергивает мокрую лапку. Ах, люди! Опять! Стараешься тут изо всех сил, чтобы глупые головы ваши забыли обо всех придуманных и не придуманных бедах, ан нет! Нет ничего глупее, чем проливать слезы во сне — думает она, старательно вылизывая лапку. Ну, ничего, попробую еще раз...

Кошка осторожно наклоняется к спящему человеку и дует на мокрые ресницы. Еще и еще... Сон-видение... он крадется по закоулкам сознания, открывая заколоченные дверцы, пока за одной из них, где-то там, в темной комнате без окон, он находит маленького испуганного ребенка, берет его за руку и выводит к свету. И хотя ресницы еще не просохли, слабая улыбка уже бродит по губам и человек тихонько, облегченно вздыхает... И до самого утра, пока не завопит безжалостный будильник, человек будет бродить по удивительному миру, где нет боли, нет обмана и безразличия... И будет улыбаться до самого утра, не думая, не вспоминая о том, что скоро его снова ждет мучительное возвращение обратно...

Лунная кошка гордо вздергивает свой пушистый хвост и начинает карабкаться обратно по лунному лучу. На сегодня она выполнила свою задачу. Скоро начнет светать и ей надо успеть обратно на луну. Там она проведет длинный-длинный солнечный день на складе снов-видений, выбирая те, что поярче и попричудливей. Она запоминает и сохраняет сны на дне своих изумрудных глаз — чтобы было с чем в следующий раз прийти в гости, мягкой тенью скользнув вниз по серебряному лучу в знакомое окно...


2008

К началу |  Предыдущая |  Следующая |  Содержание  |  Назад